Вначале политика, право потом

Конечно, не роспуск парламента пугает татарстанский бомонд - эка невидаль! Изберем такой же и еще более сплоченный. Пугает и раздражает перспектива окончательного возвращения в лоно общероссийского правового пространства, утрата статуса полунезависимой (или на четверть, или на треть?) республики - а точнее, вассального княжества, связанного рядом обязательств перед большим братом, но на своей территории полного хозяина. Самая простая реакция на возникшую опасность - крикнуть: "За что боролись? Какая может быть республика без суверенитета, без верховенства своих законов над федеральными?" Такую реакцию, хоть и в деликатной форме, демонстрируют даже некоторые политологи, отнюдь не склонные восторгаться мудрой политикой татарстанского вождя. Республика - форма государства, а государство не может быть несуверенным, аргументируют они. Почему же не может? Штаты США вполне подходят под признаки государства, однако никто их не называет суверенными. Есть там и правительства, и законы, и парламенты, даже уголовный кодекс у каждого штата свой. А в достопамятном СССР, без которого не появилось бы никаких нынешних суверенных республик, 20 АССР также имели почти все атрибуты самостийности, кроме главного - реальной свободы хоть в чем-нибудь. Ее почти не имелии союзные сестры... Так что быть государством в государстве, республикой в федерации или даже монархией в республике (есть в истории и такие примеры) - еще не значит обладать суверенитетом. В конце концов спор о значении этого слова может завести в тупик. На мой взгляд, ближе других к истине в этой полемике оказался депутат Госсовета РТ Курманов, напомнивший об одном важном положении федеральной Конституции. А именно - о компетенции федеральной власти, совместной с субъектом, и чисто местной. В вопросах последней республику можно считать суверенной, ибо по этим предметам ни федеральная власть, ни даже Европейский суд ей не указ. То есть суверенитет вроде бы допустим, но довольно-таки ограниченный. Естественно, номенклатура РТ будет всеми силами отстаивать "просто суверенитет", без ограничений. Кстати, еще и потому, что принцип разделения компетенций бьет по самому больному месту наших правителей - напоминает, что они должны зависеть не только от российской власти. А еще и от своих собственных граждан. Подчиняться Москве, пусть неохотно и всячески уклоняясь от реального выполнения федеральных законов, на это у нас еще согласны. А вот допустить, чтобы города и районы сами выбирали себе мэров и префектов, чтобы население само определяло, заслуживает ли его доверия начальник милиции или главврач - это в головах наших законодателей и чиновников никак не укладывается. И уж тем более им чужда мысль довести идею суверенитета до каждого отдельного гражданина. В общем, тяжба идет вокруг того, быть ли Татарстану республикой формально или реально. И дело тут не в том, будет ли в ее конституции слово "суверенитет", и даже не в том, будет ли она вообще иметь конституцию. "Республика" по латыни - это власть народа, дело народа, и таковая может быть в отдельном городе, даже в деревне. Когда же народу постоянно говорят, что цены, рабочие места, сроки ремонта жилья, оценка состояния воды и воздуха, меры наказания преступников - это дело не его, а так называемых компетентных лиц (читай - дворян-госслужащих), то никакой республики на самом деле нет. Что касается "нашего ответа Чемберлену", то тут команда Шаймиева может применить обычнуютактику Насреддина - выжидать, кто раньше прикажет долго жить. Уже говорят, что федеральная Конституция тоже скоро поменяется,что по каждому пункту каждого документа можно бесконечно спорить и т.п. Но прав и депутат Штанин, заметивший, что при нежелании обострять ситуацию обе стороны предпочтут правовому решению политический компромисс. И Москва, и Казань посчитают, что выиграла именно их сторона, а на самом деле проблема будет в очередной раз задвинута на полку. Николай ДОГМАТОВ