В Казань на фестиваль «Горький+» приехал «Дядя Ваня» из Турции

Продолжительность спектакля, который «доставили» в Казань специально для фестиваля «Горький+» из Турции, 2 часа 30 минут. Он идет на турецком языке с синхронным переводом на русский. На специальный показ, который пройдет вечером 4 июня в Камаловском театре, билеты давно раскуплены, на 5 июня к 13:00 осталось всего 13 мест.

Известный театральный режиссер Мехмет Биркийе покажет свое прочтение пьесы классика русской литературы Антона Чехова. В аннотации на сайте фестиваля указано: «Прибытие профессора Александра Серебрякова и его молодой жены Елены Андреевны на ферму, которую долгие годы содержали своим нелегким трудом Софья Александровна и Иван Петрович, полностью меняет жизнь обитателей усадьбы. Когда старые порядки и привычный уклад сменяются праздностью, каждый ищет способ подавить в себе ужасное одиночество, безнадежность и скуку».

На фестивальную сцену выйдут Кубилай Карслыоглу (Александр Владимирович Серебряков), Дилара Демирдюзен (Елена Андреевна), Дога Йигит (Софья Александровна (Соня), Ширин Эргювен Хамшыоглу (Мария Васильевна Войницкая), Сюлейман Атанысев (Иван Петрович Войницкий (Ваня), Толга Эврен (Михаил Львович Астров), Джем Джюдженоглу (Илья Ильич Телегин), Иджляль Карадуман (Марина, няня), Эмеджан Кашкал (сторож Ефим), а также артисты Сенанур Алтын, Эмирхан Айдын, Бейза Нур Билиджи, Ирем Гюнчинер, Эрджан Шекерджи.

А мы напомним, что пьеса Антон Павловича Чехова впервые была показана на сцене Художественного театра 26 октября (7 ноября) 1899 года – 116 лет назад. Поставили пьесу «Дядя Ваня» К.С. Станиславский, Вл. И. Немирович-Данченко, художник – В.А. Симов.

Как писала историк театра И.Н. Соловьева, «…В работе над «Дядей Ваней» для Станиславского были особенно важны слова Астрова про жизнь как путь в темном лесу: идешь, ветки хлещут, а огонька впереди не видно. Не видно? или вовсе нет его? все так и будет — темный лес? помрешь впотьмах? В режиссерском экземпляре «Дядя Ваня» прочитан как пьеса о жизни, идущей кто знает — туда ли. То у одного, то у другого персонажа вспышка отчаяния: завели не туда. Обманули и завели. Завели и обобрали.

Тем удивительнее действовал просвет, возникавший в последнем – самом горестном – акте. Уходила мучительная сгущенность. Стуку, говору, хлопанью дверьми, стихающим шагам возвращалась музыкальная организованность. «Голоса вдали слышны. Наконец, бубенцы, и все замолкает». Войницкий (А.Л. Вишневский) и Астров (К.С. Станиславский) стоят у темнеющих стекол окна. «Пауза. Звонки. Пауза. Оба, приложившись головой к стеклу, смотрят в темноту. […] Слышны бубенцы […] Бубенцы всё удаляются». Вступает сверчок. Вступает гитара. Капли дождя. Соня (М.П. Лилина) молча со свечой провожает Астрова. Весь финал «Дяди Вани» — как вся «Чайка» – на свете и звуке. С мыслью о Мировой Душе перекликается Сонина вера в милосердие, которое заполнит собой весь мир, всё примет в себя».